Как умирал Владимир Высоцкий.

Врач НИИ скорой помощи им. Н.В. Склифосовского Леонид Сульповар:

«Состояние Володи 23 июля было ужасным. Стало ясно, что надо или предпринимать более активные действия, пытаться любыми способами спасти, или вообще отказываться от всякой помощи. В общем, любое действие было довольно опасным, но другого выхода не было. Мы решили, что надо его брать. Но его друзья сказали, что это большая ответственность и без согласия родителей этого делать нельзя. И мы договорились, что заберем Володю 25 июля. Он был в очень тяжелом состоянии, но впечатления, что он умирает, не было»

Воспоминания тех, кто был рядом в ночь на 25 июля 1980 года.

Врач актера Анатолий Федотов:

«Я сделал укол снотворного… Час, два… Володя все маялся… Потом затих. Ну, думаю, уснул… Он уснул на маленькой тахте, которая тогда стояла в большой комнате…

А я был со смены — уставший, измотанный. Прилег и уснул — наверное, часа в три.

Проснулся от какой-то зловещей тишины — как будто меня кто-то дернул. И к Володе! Зрачки расширены, реакции на свет нет. Я давай дышать, а губы уже холодные… Поздно.

Судя по клинике, был острый инфаркт миокарда… Я — будить Оксану! Сам растерялся, конечно. А она — в истерику! Раза три в обморок падала. Я совладал с собой — по щекам ее… Водой отливал… Я понимал, что лишних людей тут не должно быть:

— Ну-ка, давай — собирайся быстренько!

Отправил ее…тут же я позвонил Янкловичу, Туманову… Вызвал ментов, чтобы не было слухов… Есть протокол — «ненасильственная смерть»… Пока Вадим и Валера ехали, пришли менты… Когда? Я кинулся к Володе в полпятого… Пока обзванивал… Еще вызвал «скорую» — для очистки совести… Да… Бросился я к нему, к Высоцкому… А он — труп! Что делать?»

Подруга актера Оксана Афанасьева:

«Не знаю почему, но Толя Володину кровать, на которой его и прибинтовали — нет, я уже все развязала… Эту кровать он перенес из маленькой комнаты в большую. Один перенес, и Володю перенес туда — и положил туда… По-видимому, он что-то такое успокоительное колол… Или дал выпить? Я не знаю, но Володя все время стонал… Все время какие-то звуки. А тут очень быстро прекратились всякие звуки…

И вот я пошла спать, говорю Толе:

— Толя, ты не будешь спать?

— Я посижу, ты иди поспи..

И я пошла… А тут прекратились всякие звуки — поэтому я и заснула. Потому что мертвая тишина! Ну, думаю, — Володя заснул, и я могу поспать…

Легла…

Мне кажется, что как только я заснула, влетел Толя:

— Оксана! Володя умер!

Я ничего не понимаю, вскакиваю и бегу туда, вижу — лежит Володя.

— Толя! Давай делать искусственное дыхание!

— Все! Ему уже поздно!

То есть он дал ему это лекарство — и заснул! А когда проснулся — увидел, что Володя уже мертвый. Значит, минут сорок прошло.

И когда я влетела в комнату, я взяла Володю за руку. А когда я отняла свою руку, остались отпечатки моих пальцев. То есть на его руке остался след. Он уже не был теплый, он был холодный! Все! Уже покойник!

И у него были открыты глаза! То есть Володя не спал, когда умер. Значит, он умер не во сне.

В столовой оставалась недопитая бутылка водки… А в большой комнате она стояла уже пустая. Толя ее допил. И может быть, он хотел посмотреть телевизор? А может быть, в шоке — после смерти перенес его туда… Но зачем? Он же ко мне не сразу прибежал…

— Толя, надо делать искусственное дыхание!

— Поздно! Я уже пробовал. Я уже пытался все сделать.

Володя был уже холодный. И даже чувствовался легкий сладковатый запах. Значит, прошло часа полтора-два»

Автор: Вероника Скороход